"Между небом и землёй" Только спустя 8 месяцев Светлана Комолова смогла похоронить своего убитого ВСУ мужа

17-06-2019, 14:44   0

Пошёл по направлению к посёлку Новотошковское и не вернулся


Во время войн с людьми происходит много разных событий. Они теряются и находятся, погибают, становятся инвалидами, обретают друзей и врагов, в корне меняют своё мировоззрение. И этот военный конфликт - не исключение. Для семьи Комоловых, проживающих на улице Набережная в посёлке Донецкий, эта война обернулась большой утратой – от пуль украинских карателей погиб глава семейства Комолов Геннадий Николаевич. Этот случай – не столь редкий сейчас - не заинтересовал бы вечно ищущего горячих тем журналиста, если бы не обстоятельства, при которых это событие произошло. Вот говорят: человеконенавистническая идеология фашизма и неонацизма в Украине – это именно об этом, о её самом отвратительном, зверином, антигуманном проявлении. Это история о том, как запросто, не задумываясь, ВСУ убивают мирных жителей, и как глумятся над безоружными, как говорится, не только в их живом состоянии, но и после смерти.

…К Светлане Комоловой я попала в тот день, когда прошло всего три дня после похорон мужа. В доме ещё чувствовалась траурная печаль, но хозяйка вошла в наше журналистское положение и согласилась дать интервью.
"Между небом и землёй" Только спустя 8 месяцев Светлана Комолова смогла похоронить своего убитого ВСУ мужа
Я попросила рассказать её, при каких обстоятельствах погиб её муж? То и дело останавливаясь, вспоминая цепочку событий, женщина поведала о том, что утром 19 сентября 2018 года, в разгар обстрелов Донецкого, мужчина собрался и уехал на своём раритетном средстве передвижения – мотороллере «Муравье» - в сторону дороги посёлка Донецкий. Домой в этот день он не возвратился. По её словам, не в первый раз её бесшабашный супруг с белым флагом проделывал такой небезопасный вуаяж – такой уж он был человек! Из жителей посёлка в тот день его не видел никто, разве что, военнослужащие Народной милиции. Как сообщила вдова, муж проехал по дороге в сторону посёлка Новотошковское. Ей так объяснили. По её словам, он рискнул в такое тревожное время пересечь таким странным способом линию разграничения, чтобы встретиться со своими друзьями из Чихирово (Тошковка), с которыми когда-то работал там на шахте. По тогдашним разговорам, он был убит ВСУ, когда возвращался назад, доехав до 427-й точки: именно тут его «снял» украинский снайпер. Выстрел пришёлся в голову. И мужчина, скорее всего, скончался мгновенно.

Обращалась везде и до последнего верила, что муж жив


Дня через три или четыре, не дождавшись мужа, Светлана Николаевна обратилась в городскую полицию. Следователю она обрисовала ситуацию. Он всё зафиксировал. Но заявление на розыск у неё приняли только 8 октября. Таково правило - человек может ещё объявиться. «Раз доехал, - говорили ей, - ищите его в Украине». Женщина и впрямь надеялась на чудо, до последнего верила, что он живой.
«А, кроме полиции, вы куда-то ещё обращались?» - спросила я. Вдова ответила, что обращалась в ОБСЕ. Как-то по дороге в посёлок Фрунзе им по дороге встретились машины этой международной организации. Женщина пообщалась с её представителями, они зафиксировали суть обращения, но ответов от них никаких так и не получила. И в другую организацию – в Красный Крест обращалась. Как-то в посёлок приехали с гуманитаркой представители этой организации. Старшая из них женщина записала полностью все данные и пообещала помочь, но фактически ничем не помогла.
…Тем временем, тело мужа Светланы Комоловой продолжало лежать под открытым небом в поле. И осенью, и зимой, и весной. А она сама и её двадцатисемилетний сын находились в полном неведении, что произошло с их главой семейства…
Где-то в двадцатых числах мая Светлане Николаевне Комоловой позвонили из городской полиции, с сотрудником которого она поехала в Луганск и написала заявление на имя представителя ЛНР в подгруппе по гуманитарным вопросам Контактной группы, руководителя рабочей группы по обмену военнопленных ЛНР Ольги Кобцевой.
Наконец, 27 мая ей пришло sms-сообщение от следователя городского отдела полиции о том, что 28 мая они должны прибыть на опознание тела мужа в Стахановский морг.

«При неоднократной попытке извлечь, забрать данное тело, это не увенчалось успехом», - руководитель криминальной полиции города Роман Тер-Степанов

Меры, предпринимаемые все эти месяцы полицией города в контакте с военными подразделениями, чтобы забрать тело убитого посельчанина, для женщины были не видимы и не известны. А они, конечно же, проводились.

Первый заместитель начальника Кировского городского отдела – начальник криминальной полиции Кировского ГОВД МВД ЛНР подполковник Роман Тер-Степанов на просьбу СМИ сообщил следующее:
- В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что тело данного гражданина (Геннадия Комолова) находится вблизи станции Сифонной в сторону посёлка Новотошковское, которое в настоящее время занято ВСУ. При неоднократной попытке извлечь, забрать данное тело, это не увенчалось успехом в связи с тем, что ВСУ открывали огонь, и не удавалось забрать его. После неоднократных обращений в военные инстанции сотрудниками полиции МВД ЛНР совместно с военнослужащими Народной милиции был запрошен режим тишины - и тело данного гражданина было возвращено в безопасный режим. При осмотре и проведении судебно-медицинской экспертизы было установлено, что данный гражданин умер насильственной смертью в результате пулевого ранения в голову.

28 мая женщина поехала в Стахановский морг на опознание и перенесла непереносимую процедуру опознания. Она рассказала, что санитар попросил её не бояться, предложив опознать тело супруга по фотографии на телефон, которую он предусмотрительно сделал. «Только по зубам я узнала. А так невыносимо было узнать. Он ещё вынес одежду – вся полностью его одежда была. Он сказал, ни кистей нет, ни стоп нет», - рассказала Светлана Комолова.
На вопрос о том, как могло случиться такое, когда украинские каратели в упор расстреляли мирного жителя, нам мог ответить только военный и только военный нам мог рассказать, как решался вопрос о том, чтобы забрать тело и мотороллер с нейтральной полосы.

«Не мог человек, отдавший приказ, нажавший на спусковой крючок, не видеть, что это мирный житель», - комбат Пётр Бирюков.
На наши вопросы ответил командир 4-го батальона территориальной обороны ЛНР Бирюков Пётр Аркадьевич.


- Пётр Аркадьевич, скажите, пожалуйста, кто погиб, кого убили? К какой категории его можно отнести? Это военнослужащий, может, диверсант, разведчик или кто?

- Гражданский мирный житель прифронтового посёлка, 1961 года рождения. Попал в жернова войны. Погиб он на нейтральной полосе, так называемой серой зоне, район посёлка Донецкий. Около позиций ВСУ.

- А скажите, в серой зоне действуют какие-то законы, международные акты в отношении мирного населения?

- В любой войне есть формализованные ООН правила ведения войны, где чётко прописано отношение к не комбатант, то есть к не военнослужащим. Они не должны подвергаться опасностям. К сожалению, правила ведения войны не выполняются. А на этой войне со стороны противника не выполняются совсем.

- А как погиб наш мирный житель?

- Он был в районе Новотошковки, в районе позиций противника, двинулся на своём мотороллере, не знаю зачем, в сторону наших позиций, но ещё в зону видимости наших подразделений не попал.

- Он был расстрелян?

- Да, он был расстрелян из пулемёта.

- И куда попала пуля?

- Там было несколько попаданий. Там очень чётко понятно, с какой стороны стреляли, при фиксации этого убийства, они понимали, что это мирный житель. Не мог человек, отдавший приказ, нажавший на спусковой крючок, не мог не видеть, что это мирный житель.

- Пётр Аркадьевич, как военный человек, скажите, а были какие-то варианты у той стороны? Ну, идёт мирный человек, может быть, и не должен он там быть. Но какие-то есть меры предупреждения или ещё что-то?


- Задержать, если он оказывает сопротивление, выяснить личность и далее уже принять меры, то есть определить его категорию, либо это мирный человек, заблудившийся, либо шпион, или ещё кто-то. Но человек в гражданской одежде, без оружия, это по определению гражданский человек. Его не надо сразу… По крайней мере наши подразделения этим не занимаются. Были подобные случаи в 2015 году. Люди по привычке шли из одного посёлка в другой. К брату, сестре, за пенсией. Что, всех стрелять надо было? У нас цели и задачи совершенно иные. Мы защищаем мирное население, а не уничтожаем.

Переговорный процесс был долгим


Комбат объяснил и, почему столько много времени прошло с момента подачи вдовой заявления в полицию и до того, как она смогла похоронить своего мужа. Оказывается, что военные выявили местонахождение погибшего определёнными разведывательными методами уже давно, практически сразу после происшествия, информация была подана по команде - и дальше уже шёл переговорный процесс, которым занимались офицеры Совместного центра по контролю и координации режима прекращения огня, к которому приобщился Сергей Шонин из Союза ветеранов Афганистана. «На самом деле он лежал перед их позицией, в зоне прямой видимости, в зоне досягаемости. Они могли сами зайти и вытащить его. Но они этого не делали и не давали делать нашей стороне, открывая огонь. Соответственно вся нейтральная полоса простреливалась. Этот участок с их стороны простреливается. Просто так выйти на нейтральную полосу было невозможно. Поэтому был долгий переговорный процесс, в котором участвовала масса людей. Но украинская сторона не шла ни на какие уступки. Потом, наконец, удалось договориться. Мы получили соответствующие распоряжения, спланировали данную операцию и осуществили её. Ничего сложного», - рассказал о скрытых подробностях этого дела командир батальона.

30 мая Светлана привезла тело своего мужа домой, проститься по христианскому обычаю, и наконец-то смогла похоронить, предав его тело земле. Похороны она организовала быстро, так как тянуть с этим уже было невозможно. По желанию покойного его похоронили в пос. Фрунзе, на Красногоровке, возле могилы его родного отца. Как пояснила женщина, там живёт его мама, сестра.

Не защищая своего мужа, которому, конечно же, не следовало пускаться в такое рискованное путешествие в разгар военных действий, Светлана Николаевна всё же не может смириться, с его такой преждевременной и насильственной смертью. Но факт остаётся фактом: щелчком орудийного прицела жизнь пятидесятисемилетнего Геннадия Комолова, мирного посельчанина, со своими достоинствами и недостатками, бывшего шахтёра, любившего пообщаться в тёплой дружеской обстановке с друзьями-горняками, прервалась. «Он работал на шахте Чихирово, и у него много друзей было на Тошковке. И он постоянно о них вспоминал, и хотел как-то туда проехать, – рассказала Светлана Комолова, - Геннадий никак не мог смириться с тем, что война перекрыла ему путь к ним, и он решил пойти туда наперекор судьбе. Думал, что пройдёт. И поплатился своей жизнью».

Ни правил морали, ни законов совести для них нет


…Казалось бы, частная история, каких немало происходит в зонах военных конфликтов. Но, согласитесь, очень показательная тем, что антигуманное отношение к жителям Республик украинскими силовиками проявляется во всех возможных формах. Для них не существует никаких международных правил, ни правил морали, ни законов совести. Даже к мёртвым нашим жителям у них бесчеловечное отношение. Как может такое происходить в 21 веке – не понятно. Но киевская власть продолжает войну с мирными людьми, защищающими свою идеологию, национальные традиции, собственный жизненный уклад. За время войны в Донбассе жертвами киевских силовиков стали сотни мирных жителей. В их числе и жертвы мирного населения прифронтового города Кировска. И жатва жертв войны на Донбассе продолжается. Разве с этим можно смириться?

Материал подготовила корреспондент Наталья Нечай
Информационный вестник № 24(238) от 14.06.2019 года