Французский железный занавес пал: почему Франция проигрывает Covid-19?

24-04-2020, 10:35   0

Французский железный занавес пал: почему Франция проигрывает Covid-19?Несмотря на то, что Франция и Германия замыкают пятерку стран-лидеров по распространению Covid-19, они каким-то образом избегают всяческих обсуждений. Если США, Великобританию, Италию и Испанию регулярно поносят на чем свет стоит, то французам эта участь не знакома. Почему? Особенно интересно, каким образом в течение последней недели изменялось число зараженных в обратную сторону? И вот несколько изданий прекратили обет молчания, опубликовав несколько уличительных материалов.
Кризис здравоохранения, с которым столкнулась Франция вследствие пандемии коронавируса, стал прямым результатом провальной политики властей страны в течение последних десятилетий, пишет на страницах Le Figaro историк Пьер Вермерен. Как отмечает автор, из-за последовательного отстранения от власти писателей, учёных, инженеров и военных страна перешла из статуса перворазрядной мировой державы в один ранг с Италией и Испанией и вынуждена терпеть такие же потери в борьбе с вирусом, как её «обездоленные» средиземноморские соседи.
«Чувство потери социального статуса, испытываемое многими французами, заслонило собой истину, которую мало кто хотел знать: «пятая или шестая по величине мировая экономическая держава – это страна, пришедшая в упадок», – констатирует историк Пьер Вермерен.
Историк также провел несколько параллелей с былым великим прошлым Франции, подчеркивая, что все эти заслуги нивелирует нынешнее правительство.
«Коронавирусный кризис стал средневековым божьим судом для нашего нового положения. В Азии все были готовы к нему, все свели к общей изоляции и, как мы видим, у них все хорошо. А вот когда пандемия затронула Европу и США, жители отнеслись к ней легкомысленно. В этом отношении наши сограждане вели себя, как и все люди, они думали о себе, то есть были в этом смысле гуманистами: они не верили в бич Божий. Я цитирую Альбера Камю, потому что наши власти перестали читать подобную литературу и это тоже их промах», – говорит Пьер Вермерен.

Долги, упадок науки и производства

В последние десятилетия управление правовым государством, подкрепляемое сокращением промышленного производства и отменой финансового регулирования в соответствии с требованиями Европейского союза, стало делом юристов, и для его функционирования достаточно государственных советников и финансовых инспекторов, полагает специалист.
Экономическая политика, предусматривающая отмену финансового регулирования, породила гигантский долг. Задолженность осмотрительного французского государства, не имевшего долгов в 1970-м году, в 2010 году достигла 100% ВВП.
Поскольку французская промышленность стала ещё одной побочной жертвой чистки в области науки техники, страна не в состоянии сегодня произвести ни масок, ни тестов, ни медикаментов, ни оборудования в достаточном количестве. Последовательно отстранив от власти военных, писателей и профессуру, государство сохранило статус лишь за врачами, однако постепенный упадок государственной системы здравоохранения и обслуживающих её профессионалов демонстрирует их истинную ценность для властей.
«Франция стала крупнейшим поставщиком доходов, субсидий и экономической ренты, благодаря исключительной налоговой доходности, источником которой стала наша глобализованная экономика услуг и наш государственный долг. Единственная надежда, как и в 1920-е годы, возлагается на платежи со стороны Германии, на этот раз в форме евробондов, от которых Берлин, к притворному удивлению Парижа, отказывается», – отметил историк.
Столпы, на которых держится французское правовое государство, – «полифонический оркестр» официальных и официозных СМИ и уполномоченных представителей правителей, несущих народу «благую весть» от государства вместо того, чтобы «сопровождать граждан в мире, который от них ускользает», Министерство внутренних дел, чья основная функция – «вернуть к реальности» граждан, на которых не подействовало государственное убеждение, и «легально-рациональная» бюрократия по Веберу, благодаря которой краткость и точность законов уступила место «кафкианскому монстру», созданному для отвлечения граждан и умов.
Война, объявленная президентом вирусу, призывает французов найти «квадратуру круга». С одной стороны, чрезвычайное положение в области здравоохранения заставляет их последовательно подчиняться всё более жёстким ограничениям, с другой стороны, сам аппарат, руководящий страной, в крайней степени дезориентирован.
В последние годы Франция перенесла своё фармацевтическое производство и часть машиностроения в Китай, распродала по дешёвке 1,5 млрд медицинских масок и упразднила 100 тыс. больничных мест. Помимо этого, она лишила «жизненных сил» военную медицину, закрыв ряд военных госпиталей. В то время как в Германии насчитывается 30 тыс. мест в палатах интенсивной терапии, во Франции их было всего 5 тыс. Военные же могут обеспечить дополнительно всего несколько десятков таких коек, когда потребности исчисляются тысячами.
«Мы оказались в заключении с нашими обездоленными латинскими сёстрами. Германия способна сдержать эпидемию, благодаря тестам, а США и Великобритания, хоть и столкнулись с тем же злом, что и Франция, хотя бы избавлены от ограничений со стороны властей», – сетует Вермерен.
По мнению автора, по окончании кризиса здравоохранения будет сделано всё, чтобы вернуться к обычной рутине, однако масштаб экономического кризиса будет таким, что простая реконфигурация государственного аппарата ничем не поможет.
К слову, Германия всё же продемонстрировала свою солидарность с Францией, разместив 123 французских пациента в немецких палатах интенсивной терапии. Президент Штайнмайер в своём выступлении заметил, что Германия не сможет выйти из кризиса «сильной и здоровой», если её соседи «также не будут сильными и здоровыми».
Алексей ЛИТВИНОВ