По следам «кровавого пастора»

6-06-2017, 17:16   0

По следам «кровавого пастора»Более, чем три года назад, 14 апреля 2014 года, вступил в силу указ исполняющего обязанности президента Украины Александра Турчинова о начале так называемой антитеррористической операции, а по факту войны против жителей Донбасса.

Много воды утекло с тех пор, сегодня Турчинов является секретарем Совета национальной безопасности и обороны Украины, но в памяти многих он так и останется «кровавым пастором».


Согласно действующей конституции Украины, Совет национальной безопасности и обороны является координационным органом при президенте Украины по вопросам национальной безопасности и обороны. Однако верховная рада Украины в декабре 2014 года одобрила законопроект, расширяющий полномочия СНБО. Совет нацбезопасности стал вторым по значимости органом власти на Украине с правом самостоятельно принимать решения, а его секретарь фактически президент №2.

После так называемого евромайдана и последовавшего за ним вооруженного государственного переворота новые украинские власти, зачастую науськиваемые извне, пустились во все тяжкие со своей оголтелой русофобией. Нынешний киевский режим режет «по живому», обрубая все нити, крепко связывающие Россию с Украиной. Решения, принимаемые советом нацбезопасности направлены именно на разрывы любых отношений между двух стран, особенно экономических. При этом, абсолютно не считаясь с интересами украинского бизнеса, да и вообще своего народа.

Вообще решения, принимаемые СНБО, не слишком укладываются в понятие «в интересах национальной безопасности». И вот самые громкие из них.

Отморозить уши назло маме

26 января 2017 года, ряд с позволения сказать, народных избранников Украины, в числе которых Семен Семенченко, Павел Костенко, Тарас Пастух, Владимир Парасюк объявили о начале бессрочной акции протеста – «Блокаде ОРДЛО». На железнодорожных путях застряли составы, а Семенченко заявил, чтобы граждане Украины поняли их и… потерпели.

Ответными действиями на эту блокаду стало решение, принятое 15 марта сего года на экстренном заседании совета национальной безопасности и обороны Украины о введении транспортной. Причем самих участников блокады из числа боевиков карательных батальонов президент Украины обвинил в том, что они нисколько не приблизили возвращение Украине «отдельных районов Донецкой и Луганской областей». А наоборот отдалили, поскольку республики имеют границу с Россией, через которую и поставляются товары в ЛНР и ДНР. Стало быть, по мнению Порошенко, «неправильная» блокада была спецоперацией по выталкиванию Донбасса из состава Украины в Россию. А украинскому правительству требовалось в качестве результата – удушение республик.

Итогом блокирования блокады стали многомиллионные убытки для самой Украины, плюс отсутствие поставок угля привело к его дефициту на ТЭС и предприятиях металлургической отрасли.

Санкции

16 марта СНБО на год ввел санкции против дочерних предприятий российских банков, таких как «Сбербанк», «Проминвестбанк», банк «ВТБ», «БМ Банк», «ВиЭс Банк». В одном только «Сбербанке России» держат средства 1,2 миллиона украинских вкладчиков. Общий кредитный портфель банка составляет около 60 миллиардов, а 27% клиентов – это украинские государственные предприятия.

Как подсчитали в Нацбанк Украины, в случае введения временной администрации в «Сбербанке» украинцы могут потерять восемь миллиардов гривен, Фонд гарантирования вкладов выплатит только три миллиарда.

Отметим, на клиентские операции запрет перевода денег не распространяется, речь идет только об операциях по перечислению валюты из Украины в РФ, если их собираются провести между банками.

Таким образом, НБУ запрещает украинским банкам выплачивать российским получателям дивиденды, проценты по межбанковским кредитам и депозитам. «Дочки» не могут погашать межбанковские кредиты, депозиты, не могут перечислять валюту с корреспондентских счетов, распределять прибыль и капитал.

Хоть санкции и введены против российских госбанков и принадлежащих им пяти «дочек», которые работают в Украине, однако с юридической точки зрения это санкции против украинских юрлиц. Но кого это волновало в совете нацбезопасности.

Но СНБО Украины решил идти дальше «во благо» своего народа и ввел еще ряд санкций в отношении российских граждан и компаний. Решение СНБО от 28 апреля вступило в силу 15 мая и теперь в «незалежной» блокируют «Яндекс», «ВКонтакте» и «Одноклассники». Этим решением

Помимо них, в санкционном списке числятся и другие IT-компании и связанные с ними украинские юридические лица: 1С, «Корпорация «Парус», «Галактика Центр», «Документ Менеджмент», системный интегратор АРО «Энвижн Груп», «Мастердата», «Софтлайн Груп», известный разработчик программного обеспечения ABBYY и ООО «Аби Украина ЛТД» и еще некоторые организации.

То есть в очередной раз прикрылись интересами национальной безопасности и затянули гайки своему же народу, отбирая у него право и на свободу слова и мысли, а также на доступ к информации, которые, к слову, гарантируются конституцией страны.

Правда секретарь СНБО Александр Турчинов заявил, что одна из причин запрета «ВКонтакте» на Украине – это пиратский контент и призвал провайдеров с вдохновением блокировать российские сервисы.

Когда я начал «АТО»: Откровения «кровавого пастора»


Говорят, преступника тянет на место преступления. Вот и Турчинов не только не может забыть о своей роли в развязывании вооруженного конфликта на Украине, но и с видимым удовлетворением вспоминает подробности, которые, по идее, должны привести ООН, ОБСЕ и судей Международного уголовного суда в чувство глубокого замешательства. Все-таки не каждый день военные преступники признаются в СМИ в совершенных преступлениях. Но, по всей видимости, Турчинову остро не хватает мирской славы, вот он и решился поведать в интервью журналистам ВВС о том, как все было в далеком уже 2014 году.

Предлагаем вам выдержки из его интервью.

«Когда я начал АТО, главной проблемой было заставить украинских военных воевать. Вооруженные силы боялись стрелять. Многие тогдашние командиры думали: а вдруг вернется старая власть, а мы здесь «засветились»…

Под Краматорском была ситуация, когда толпа гражданских просто голыми руками отобрала несколько БТР у десантной бригады. Это был шок. Люди не были готовы воевать. Им нужно было перешагнуть психологический барьер.

В этих условиях я собрал руководство Генштаба и силовых структур, взял карту, провел фломастером линию от Станицы Луганской до Мариуполя через Славянск и сказал: «Это будет линия, по которую не должно быть ни одного врага, ни одного сепаратиста, выстраивайте вдоль нее оборону».

В минобороны назвали эту линию «линией Т» – от моей фамилии.

Выстроив вдоль нее оборону, мы зачистили всех сепаратистов, оставшихся в нашем тылу, а после этого – начали сжимать кольцо. И вот уже в апреле эта линия начала превращаться в настоящую линию фронта. Началась серьезная война – я имею в виду бои под Славянском, в районе Северодонецка, Рубежного, бой за Мариуполь.

Помню одну встречу на фронте с добровольческими подразделениями, на которой один из присутствующих, весь в наколках, спросил: «Начальник, а амнистия будет или нет? Там у нас ребята интересуются». Спрашиваю, а что за ребята? «Ну, там такое… убийства, разбои».

Я помню, когда я открывал склады с оружием, чтобы раздать его батальонам, офицеры отказывались это делать. Меня спрашивали: «Александр Валентинович, а кто будет за это отвечать?» Я говорил: я буду отвечать, и лично подписывал приказы о выдаче оружия.

Да, многие волновались, что там может быть, что произойдет, если они с оружием не будут выполнять приказы…

Действительно, мы тогда никого не проверяли. Любой, – судимый или несудимый, – кто говорил, что готов защищать страну, записывался, получал оружие и шел на восток.

Я помню то время: у меня не было выбора, и я бы снова пошел по этому пути – мне нужно было защитить страну.

Имея крымский опыт, когда в первую очередь российские войска захватывали аэродромы, я дал команду любой ценой удерживать донецкий, луганский и мариупольский аэродромы. Иначе у боевиков бы не только танки были, но и авиация появилась.

И вот однажды в конце мая мне докладывают из Генштаба: «Товарищ главнокомандующий, какие-то чеченцы захватили донецкий аэропорт». Я отвечаю: «Это исключено, мы его не можем сдать». Говорят, у нас не хватает сил и средств.

В той ситуации я отдаю команду нанести авиаудар по донецкому аэропорту. Мне звонят: «Но, Александр Валентинович, дело в том, что терминалы аэропорта – это частная собственность, Ахметов нам выставит счета, по судам затаскает».

Говорю: «Пусть вас это не беспокоит. Это моя личная ответственность. Еще раз подтверждаю команду – хоть письменно, хоть запишите мои слова на диктофон, – нанести удар по аэропорту!»

И вот когда военные самолеты начали бить по аэропорту, когда сожгли там тех чеченцев, тогда, я считаю, произошел психологический перелом, и все поняли, что назад хода не будет. Все поняли: на войне надо воевать».


Тут, как говорится, без комментариев. Оставим его слова на суд людей и истории.

Шутник


На позиции украинских войск 1 июня Турчинов свалился в буквальном смысле с неба. Вертолет приземлился на безопасном от линии фронта расстоянии, после чего секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины лично проинспектировал передовую в районе Красногоровки и Марьинки. Судя по выглаженному и отстиранному виду ВСУшников, что видно из любительского видео в запрещенном Киевом «ВКонтакте», сюрпризом для них этот визит не стал.

Сам «кровавый пастор», помешанный на «милитари фэшн», был в камуфлированной футболке, пятнистых штанах с подтяжками, кепке, кобура с пистолетом гордо телепалась на бедре... А для полноты героического образа глаза его скрывали темные очки фасона «как у Шварценеггера».

На видео, которое Александр Турчинов выложил на своей странице в Фейсбуке, он деловито расхаживает по окопам и огневым точкам, высматривая в бинокль «российско-террористические группировки».

Стоит отметить, что квоту на ридну мову секретарь Совбеза явно не выполнил – все общались с ним исключительно на языке «оккупанта». И Турчинову приходилось тоже отвечать «по-маскальски».

Когда же с ним по-украински заговорил волонтер в черной майке с тризубом, Турчинов расцвел.

– Когда, наконец, война закончится? – спросил волонтер.

«Кровавый пастор», развязавший эту войну три года назад по-отечески улыбнулся, и пошутил.

– Когда Москву возьмем, тогда и закончится.

А может быть, не пошутил. Тогда великий поход на Москву просто обязан войти в учебники украинского Генштаба. Наравне с «иловайской и дебальцевской перемогами».

Лев ОРЛОВ
XXI век